— Да какая разница, в каком месяце ты получишь диплом? — в свою очередь развил трезвые мысли Зюзин. — Главное, ты заканчиваешь «лестех» и, следовательно, становишься полноправным инженером. А жизнь так устроена, дорогой мой, что никто у тебя и не спрашивает на работе, на какие оценки ты учился в институте. Главное, чтобы был диплом, а еще — голова на плечах. Тогда ты на своем месте, и тогда можешь смело рассчитывать на выдвижение на более солидную должность, понял?
Хлопцы вышли из пельменной весьма довольные: уральские пельмени им показались вкусными и сочными как никогда.
А вечером друзья в одной из комнат общежития закатили пир — платил за все, естественно, Зюзин.
Обыкновенная студенческая комната с четырьмя койками по углам улыбчиво глядит на ребят: они такие молодые и здоровые, что им жить да жить! Тем более, один из них — с белоснежной кожей, с тонким прямым носом и приятным румянцем на лице, в руки взял баян и довольно неплохо запел:
Еще не зачерствелая душа уютненькой комнаты еще не знает, что это и есть Володя Зюзин, довольно видный парень себе на уме. Зато она видит, с какой необыкновенной легкостью поет Володя и, кажись, вкладывает в ту песню всю свою забубенную молодость, свои мечты, надежды, да и собственную судьбу, наверное, тоже.
Песню подхватывают ребята, и вот по затаившемуся коридору разносятся волшебные звуки, полные молодости, бесшабашности и Бог весть еще чего. В руках Зюзина баян прыгает, ревет, но все равно приятно слышать его игру. Конечно, до высшего мастерства в этом деле Зюзину еще далеко, но его задушевность, возвышенность, да еще томный голос придают его песням какое-то волшебство, волнение, неподражаемое восприятие происходящего.