Во все стороны сходятся и расходятся люди, все в летних и красивеньких одеждах, как яркие бабочки в жарком лесу, а Коля и Шебеко посреди этого водоворота остолбенело стоят в зимней одежде. В округе блаженствует настоящая весна — тринадцать градусов тепла, у друзей же на головах — сибирские шапки.

— Давай для начала снимем одежду, — предлагает Шебеко и не дожидаясь ответа, подходит к пустующей скамейке, широко распахивает небольшой дорожный чемодан, после аккуратно прячет в него одежду.

Колин взгляд из содержимого чемодана мигом выхватывает водочку, и в его бесшабашной голове снова появляется очередная мысль: «И где он только успевает покупать эти бутылки?» Коля знает, что Шебеко тоже выпить не дурак, но он еще не видел, чтоб друг упивался до смерти. Володя пьет много, но не пьянеет и всегда держится на славу. Если, конечно, не увязнет в очередной драке. А драться он мастак, можно сказать, первоклассный мастер. Сила в нем кипит, как из горного потока. И самое поразительное в том, что Шебеко никогда не занимался ни борьбой, ни боксом, но как вдарит, пиши — пропал. Потому-то рядом с ним Коля чувствует себя вольготно, как у Христа за пазухой.

— А теперь куда? — Коля тоже снял верхнюю одежду и теперь одет лишь в затрепанный костюм. Правда, у него новенькие ботинки: отличные, туристские — с толстой подошвой и великолепно приспособленные для гор.

— Теперь путь возьмем к такси. — Шебеко степенно движется к белесой машине.

Возле довольно новенькой еще «Волги» скучает джигит — здоровенный амбал с мускулами-буграми и с хитроватым кавказским лицом. «Наверное, грузин», — подумал Коля и еще ближе придвинулся к таксисту.

— В Новороссийск повезете?

— Сколько вас?

— Двое!

— Чатырнадцать рублей! — бросает в пространство таксист, и его темные большие глаза оценивающе вонзаются в Колю.

— На каждого?

— Ясное дело, на каждого.